More style

Default

Выставки  
Вы находитесь здесь:События/Выставки/Дмитрий Ершов. Продолжение
  •  

В G8 Gallery открылась выставка наивного искусства «Дмитрий Ершов. Продолжение», которая пройдет в пространстве галереи по 8 января.


Удивительные светлые, яркие и вместе с тем простые образы, составляют неповторимый стиль художника. Священнику Дмитрию Ершову, профессиональному художнику и выпускнику ВГИКа, удалось найти свой путь в простоте и лаконичности изобразительного языка и тесной связи с народным искусством, которая свойственна художникам примитивистам.

В работах Ершова грань между небом и землей, между обыденным и чудесным, растворяется, и возникает новое мистическое пространство. В его картинах жар-птица соседствует с ручным волшебным львом, а по-шагаловски парящие люди пролетают над фантастическими городами, вместе с тем удивительно напоминающими поволжскую архитектуру.

Ершову удалось совместить чистоту наивного искусства с мастерством профессионального художника. Картины художника находятся в частных и корпоративных собраниях России, США, Канады, Великобритании, Мексики, Японии, Франции, Германии, в коллекции фонда Форда.

На выставке «Дмитрий Ершов. Продолжение» будет представлен цикл художника «Знаки», а также ряд более ранних работ и деревянная скульптура автора.


 

Призвание художника – посылать
свет в глубины человеческого сердца
Роберт Шуман


         Разнообразие стилей, манер, художественных приемов современного искусства в зрительском восприятие уже давно перестало вызывать дисгармонию. Эклектика теперь кажется классикой, ее внутренняя логика особенно ясна рядом с актуальным искусством. Оно, в свою очередь, борется с массовой культурой и само же и его порождает – абсурд указывает на абсурдность бытия, заменившего жизнь. Социальная и интеллектуальная перегруженность актуального художественного языка подавляет сам язык, который уже не вызывает ни болезненных реакций, ни желания опровергать, ни движения мысли…


        Когда-то святитель Игнатий Брянчанинов писал о современном ему искусстве: «Изображено певцами, изображено живописцами, изображено музыкою зло во всевозможном разнообразии. Талант человеческий, во всей своей силе и несчастной красоте, развился в изображении зла; в изображении добра он вообще слаб, бледен, натянут». Сейчас и эти слова уже не вызывают ни сочувствия, ни неприятия - искусство встало на путь воспроизводства массовой скуки.
А кто сказал, и почему так должно быть, что от искусства человеку нужно именно это? Кто и когда отменил естественное стремление человека к радости и красоте? Но как их достичь художнику, когда, казалось бы, все уже сказано и нового ничего придумать нельзя?
        В конце 19 века художники обращаются к неклассическим формам живописи, к народному и наивному искусству. В этих поисках рождается направление, получившее название примитивизм, однако невольно звучащая в названии характеристика – своего рода ирония, поскольку истоки такого творческого опыта намного старше академического искусства. Здесь можно вспомнить коптскую иконопись, романские фрески, персидский светский портрет, русскую парсуну, народные промыслы... К этому направлению близка живопись Дмитрия Ершова, но в его индивидуальном художественном языке прослеживается опыт мультипликации, которой он занимался во ВГИКе. Его картины – как фильм о нашей планете, населенной поэтичными, честными, слегка отрешенными, добрыми и чудаковатыми в своей чистоте жителями.
        Сюжеты его работ – притчи и присказки («Золотая клетка», «Побег кофейного короля»), иногда с тонким социальным подтекстом («Светлый путь», «Чужое королевство»), но необидным и незлым. Это ирония с легкой слезой, когда художник жалеет своих персонажей, не с надменностью мудреца, но с состраданием к их беззащитности, к хрупкости человеческого бытия («Девочка и жираф», «День рождения»). Ирония, которой пропитаны работы Дмитрия Ершова – тонкая и интеллектуальная, немного народная, но совсем не брутальная, с отеческой щемящей сердце улыбкой.
        Герои Дмитрия Ершова – обитатели мира: люди и птицы, ангелы и короли. Звери здесь не глупее людей, неживые предметы одушевлены, пространства очеловечены. Присутствует и символизм – своеобразный, авторского характера («Облако дыма», «Время ангела», «Тубы небесные», «Сад в моей голове»). Художник никогда не педалирует христианский подтекст своих картин, но он очевиден тонкому и умному взгляду («Овен», «Я посижу, пока ты ходишь») – это искусство человеколюбивое, но очень далекое от слащавого заискивания.
        Как в нидерландской живописи все, что происходит, - происходит в Нидерландах, так и в живописи Дмитрия Ершова все живут в России. Он изумительно, с изысканной ладностью выписывает архитектурную декорацию провинциального русского города, цветы и фантастические зверями пришли в его работы из народной керамики и домового декора. Потому и Водолей (цикл «Знаки») высыпает с небес на городок метелистую поземку из самовара, а амур-стрелец («Знаки»), пронзающий сердца взлетевших в облака кур, на которых снизу взирает петух, стоит на лыжах на снегу… «Суздальский» лев с солнечной гривой («Знаки») по-обломовски возлежит на пышно-купеческом канапе . Коза («Коза-дереза, повылуплены глаза»), с цветком вместо хвоста, с колокольчиками на рогах, с бойцовским ошейником, нацелила бешено-круглый желтый глаз прямо на зрителя. Птица непонятной породы, с четырьмя лапами и заснеженными оленьими рогами, на которых висят золотые яблочки – может быть, сказочный русский Шеду?
        На лирическую и опять слегка ироничную «русскость» намекают и фактурные акценты – в фонах работ читается структура бересты и дерева. Часто художник использует для картин иконную форму доски с ковчегом. Так рама становится частью полотна, а картина через раму - на ней поселяются бабочки и рыбы, птицы и самолетики - летучие существа, - перетекает в наш мир. Иногда работы увенчиваются чем-то вроде трактирной вывески («Велосипед, репей и зайцы», «Звон колокольчиков» из цикла «Деревенский синдром»). Здесь, на рамке, порой выписывается и название – вместе они замечательно и тонко завершают образно-сюжетный ряд картины.
        Как говорит сам живописец, «если художник себя не ограничивает в нравственном плане, то он зрителю своему принесет больше вреда, чем пользы. Потому что безнравственный и бесчеловечный художник опасен, его работы лучше не смотреть».
        Дмитрий Ершов окончил Горьковское художественное училище (1983) и Всесоюзный государственный институт кинематографии (ВГИК), отделение мультипликации (1992).
        Член Московского Союза художников, Творческого союза художников России, Международной федерации художников.
        Работы живописца находятся в частных и банковских собраниях, в коллекциях благотворительных фондов России, США, Канады, Великобритании, Мексики, Японии, Франции, Германии.
       В 2001 году Дмитрий Ершов был рукоположен в сан священника. Местом служения отца Дмитрия является храм-музей святителя Николая в Толмачах.

  

Бычкова Маргарита
(куратор проектов
Московского фонда
сохранения культуры
Правительства Москвы)